— Вижу, — поддакнул Милт Бискл, также поправив парик и зубы.
Не мог ли я ошибиться? — подумал он. Кроме того, он видел внизу огни Нью-Йорка. Земля совершенно не превратилась в руины, а ее население не пострадало за годы войны. Или все это иллюзия, наложенная на его систему восприятия психиатрической техникой проксимян, неизвестной ему? Ведь это же факт, что его десятицентовик провалился сквозь автомат. Не говорит ли это о хорошо продуманной западне? Возможно, автомата на самом деле и не было.
На следующий день они с Мэри Эйблсет посетили один из немногих оставшихся парков — в южной части Юты, в предгорье. Парк, хотя и небольшой, был ярко-зеленым и привлекательным.
Милт Бискл нежился на траве, наблюдая за белкой, прыгавшей на дереве.
Ее хвост был похож на серый ручеек.
— На Марсе белок нет, — сонно вымолвил Милт Бискл.
Одетая в легкое летнее платье, Мэри Эйблсет вытянулась на спине, закрыв глаза.
— Здесь чудесно, Милт. Думаю, Марс все же похож на этот парк.
Издалека слышался гул моторов машин, проносившихся по шоссе. Этот шум напоминал Милту прибой Тихого океана. Он убаюкивал его. Все выглядело нормальным. Он бросил белке арахис. Белка, распушив хвост, запрыгала к орешку, ее смышленая мордочка сморщилась от удовольствия.
Когда она села, держа в лапах орешек, Милт Бискл бросил второй орешек чуть дальше. Белка услышала, как он упал среди опавших листьев клена, ее ушки встали торчком, и это напомнило Милту игру, в которую он как-то играл с кошкой, старой сонливой кошкой, принадлежавшей им с братом в те дни, когда Земля еще не была перенаселена и когда домашние животные еще не были вне закона. Он выжидал, когда Тыква — так звали кошку — почти засыпала и бросал небольшой предмет в угол комнаты. Тыква просыпалась. Ее глаза широко открывались, а уши вставали торчком, поворачивались, и она сидела минут пятнадцать, слушала и наблюдала, размышляя, что это был за шум. Это был самый безобидный способ подразнить кошку. Милт опечалился, размышляя, как много лет Тыква уже мертва — его последнее домашнее животное, разрешенное законом. Но на Марсе можно будет держать животных. Это приободрило его.